mamlas (mamlas) wrote,
mamlas
mamlas

Category:

Третья книга отца Павла Адельгейма


Священник Павел Адельгейм. Фото 25 февраля 2008 года. Фото: Лев Шлосберг
В день сороковин убиенного пастыря

Надо, позарез надо понять, что и почему с нами произошло в тот вечер 5 августа в доме на Красногорской, когда встретились нож и сердце. Уже тогда, во вздыбленный горем день, когда громоподобную, несуразную, непостижную ни для какого сознания весть невозможно было вместить и хоть как-то увязать с жизнью, – уже тогда мерещилось, что есть в этом какой-то скрытый высший смысл. Словно Господь пустил в ход последнее средство, чтоб мы поняли. Ведь не после тяжелой и продолжительной, и даже не в результате острой сердечной или какой другой недостаточности, а именно чтоб мы содрогнулись и опомнились, что живем совсем не так, как хочет от нас Бог. Теперь, в канун сорокового дня, кажется, можно попробовать подобрать слова… ©

«Истина сделает вас свободными»

На днях побывал в Питере и увидел шедевр: алтарь нижнего храма собора Федоровской иконы Божией Матери работы архимандрита Зинона. Гармония, лаконичность, простота, радость. Та самая, о которой говорил Христос в одной из сведенных в одно слово заповедей: «Радуйтесь!».

В центре композиции – причащение апостолов, идущих к Спасителю, стоящему в центре над разделением хлеба и благословляющему их и нас, отважившихся причаститься.

Не Тайная Вечеря в привычном для нас смысле, но образ ее, где в каждом апостольском лике тот, кто оставил всё и последовал за Ним. Где слово и дело в слитном – без зазора – единстве, где слова: «Иго Мое благо и бремя Мое легко» (в которых «иго» и «благо», «бремя» и «легко» рядом), – поняты и приняты буквально.

Вместо глухой стены иконостаса – открытое алтарное пространство в прозрачных серо-розовых тонах. Над престолом – сень на тонких, словно растворенных в воздухе, розового мрамора колоннах. Колонны, горнее место и другие мраморные детали изготовлены в греческих Салониках по эскизам о. Зинона.

В разговоре он настойчиво рекомендует побывать здесь на Литургии. И не зря. Алтарь так задуман, что обретает законченность только с присутствием в нем священнодействующих, а перед ним предстоящих в молитве ныне живущих нас. Это пронзенное Духом Истины пространство властно предлагает: войди – и ты станешь продолжением Того, по образу и подобию Которого создан.

А вот икона апостолов Петра и Павла, верных первостроителей Церкви Христовой, которую врата ада не одолеют (Мф. 16.18.). И снова будто слышишь: «И познаете истину, и истина сделает вас свободными». (Ин. 8, 32). Их двойной портрет – именно так хочется назвать икону – словно воплощенный замысел Бога о человеке, зримый образ красоты свободы во Христе.

Той свободы, в которой жил и к которой вел свою паству вырванный из земной жизни 40 дней назад иерей Павел Адельгейм.


Иконописец архимандрит Зинон. Фото: Виктор Яковлев
Просто иерей

Именно иерей. Существует иерархия наград для священства и строгий их регламент, почти как у офицерских звезд, но о. Павел всю жизнь старался их избегать. Дослужился до креста с украшениями, который, по свидетельству матушки Веры Михайловны, надевал два или три раза в жизни, а от митры, когда зашла о ней речь, категорически отказался. И подписывался всегда «иерей», либо «священник», и никак иначе.

В ответ на недоумение, почему не «протоиерей», только посмеивался: «Какая разница. «Прото–» – это просто «старший»… Главное, что «иерей», священник, а остальное совершенно неважно». Этим «иерей» подписаны и обе его книги – «Догмат о церкви в канонах и практике» (2002) и «Своими глазами» (2010).

В последние года два я то и дело заводил с ним разговор о необходимости третьей книги: о нынешней жизни церкви, о бедственном ее отходе от евангельской истины, о причинах и возможных последствиях внутрицерковных заблуждений и ослеплений. По моему разумению, такую книгу мог написать только отец Павел.

Основных доводов было три.

Во-первых, личный опыт: в его жизни оставили отметины все перемены и повороты в жизни церкви за последние полвека, отразились все ее контрасты, – опыт поистине уникальный.

Во-вторых, исторические и богословские познания в сочетании со способностью к анализу, т. е. умение видеть то или иное явление в контексте исторических закономерностей.

И, наконец, несомненный литературный дар, позволяющий о самых сложных вещах говорить образно, ярко, доходчиво.

Не пускали повседневные заботы.

Помимо храмовых богослужений и проповеди, еженедельные библейские чтения, участие в различных конференциях, в том числе за границей, на каждую из которых надо было ехать с готовым докладом.

В Московском Свято-Филаретовском институте, где о. Павел был членом Попечительского совета, он читал лекции и вел семинары, к которым всегда тщательно готовился.

А еще был Живой Журнал adelgeim в интернете [ 1], где постоянно, раз в несколько дней, а бывало, и ежедневно появлялись его заметки, проповеди, статьи, вокруг которых порой занимались бурные дискуссии, в коих о. Павел тоже участвовал.

А еще суды, начавшиеся практически сразу после Указа архиепископа Евсевия 22 февраля 2008 года о снятии протоиерея Павла Адельгейма с должности настоятеля храма святых Жен Мироносиц [ 2]. Последний иск, о восстановлении изгнанных указами архиерея членов Приходского собрания, он отправил в Европейский суд по Правам человека где-то в начале июля. Уведомление о том, что иск принят к рассмотрению, пришло уже после смерти.

Я бывал, может быть, неумеренно настойчив, он, бывало, сердился. Но, в конце концов, принимались обсуждать план будущей книги. Она не была написана. И это тоже предстоит понять – почему.


Апостолы Пётр и Павел. Икона работы архимандрита Зинона.
Противостояние

В моей церковной жизни были две главные встречи, два авторитета, для которых недопустимость зазора между словом и делом была непререкаемым условием жизни ради Бога и по-Божьи. Помимо о. Павла – архимандрит Зинон.

Каждый из них относился к другому с неизменным глубочайшим почтением. Вот и теперь, в последнюю встречу, о. Зинон подтвердил: «Мы с отцом Павлом были полные единомышленники, и никаких противоречий у нас с ним не было».

И тот, и другой всегда настаивали на постоянном чтении Евангелия, в котором есть ответы на все вопросы. Есть в нем и слова Иисуса, в которых, на мой взгляд, названа причина отторжения этим миром священника Павла: «Мое время еще не настало, а для вас всегда время. Вас мир не может ненавидеть, а Меня ненавидит, потому что Я свидетельствую о нем, что дела его злы». (Ин. 7. 6-7.)

И свидетельство это было для о. Павла в стоянии в правде – кротком, твердом, бесповоротном. Впрочем, последовательным было и сжитие его со свету князем мира сего в лице правящего архиерея и иже с ним. О разных этапах этого противостояния подробно писалось в «Псковской губернии» [ 3].

Архиепископ (с 2008 г. митрополит) Евсевий, благочинный Пскова настоятель Свято-Троицкого собора протоиерей Иоанн Муханов и весь «архиерейский двор» были возмущены, когда о. Павел в книге «Догмат о церкви в канонах и практике» поведал о том, как архиерей отобрал построенный о. Павлом храм св. целителя Пантелеймона на территории областной психиатрической больницы, затем снял его с настоятельства в храме в Писковичах, крайне осложнив тем самым социальную работу в созданном там батюшкой приюте для сирот-инвалидов.

- Это безумие! Это кощунство – так отзываться о владыке! – говорил мне отец благочинный в его кабинете после выхода книги. – И – что значит отобрал? Этот храм что – собственность отца Павла?! Владыка сам решает, где кому быть настоятелем…

Не собственность, конечно. Храм в Богданово о. Павел построил (начиная от насыпного холма под храм и рубки леса) на деньги, собранные под этот проект прихожанами Евангелической церкви в Голландии, тоже воодушевленными планами батюшки.

Дело даже не в «отобрал», а в том, что архиерей разрушил работу пастыря, его пастырский замысел. В одном из интервью, снятом у стен этой дивной деревянной церковки в канун Троицына дня два года назад, о. Павел рассказывает, как начинались отношения с детишками – пациентами больницы. Как привозил их в Писковичи, где их крестили, причащали, угощали чаем с пирогами, как служил в самой больнице, как зародилась мысль о необходимости здесь храма. Как привозил в эту больницу немцев, голландцев, как они выходили со слезами на глазах.

- Это, конечно, место скорби… И чтобы сердце не очерствело, такие места посещать каждому человеку необходимо. …Когда освящали храм, мне разрешили принять участие в первой литургии. Потом архиерей сказал: «Всё, ты не можешь служить в нескольких храмах – уходи. Сдай ключи, все документы, и чтоб больше тебя здесь не было». …Вон как тут деревья поднялись!.. Раньше были маленькие кустики, а теперь целый лес вокруг! Жаль только, что церковь совершенно не работает на больницу. Можно было бы очень многое здесь сделать…

Тот разговор с благочинным продолжился вдруг на одном из наших бурных приходских собраний уже после снятия о. Павла с настоятельства в Мироносицах (сохранилась аудиозапись). Напомнив о. Иоанну ту встречу, я продолжил:

- А это не безумие – говорить с соборного амвона владыке в день его юбилея: «Вы – правая рука Бога»? Это – не кощунство?

На что благочинный невозмутимо подтвердил:

- Я и сейчас так считаю. И правая, и левая.

Та первая книга о. Павла привела архиепископа Евсевия в ярость. Он публично назвал о. Павла слугой сатаны, со стороны приспешников посыпались обвинения в лжи и клевете.

Стенограмма обвинительного заседания епархиального совета опубликована в «Благодатных лучах», официальном – по благословению архиерея – печатном органе Псковской епархии (№ 2 (66), 2003 г).

Но вот «странность»: ни один из фактов, приведенных о. Павлом в книге, опровергнут не был. Даже упомянут не был. Всё «обсуждение» (за исключением двух воздержавшихся от осуждения выступлений) вылилось в пустословную ругань.

С того времени каждое Прощенное воскресенье о. Павел писал архиерею письма, в которых просил прощения за «невольно причиненные обиды». Ответа не последовало.

И только когда Общецерковный суд в мае 2010 года настоятельно рекомендовал сторонам встретиться и примириться, и о. Павел во исполнение решения суда вновь написал письмо, митрополит ответил, что готов. И – выдвинул неприемлемые условия. Примерно те, к которым принуждали незаконно репрессированных режимом Сталина: полностью признать свою вину даже при полном ее отсутствии. Последствия таких признаний хорошо известны: мол, раз признал, значит виноват, а раз виноват – …

Как-то вдруг случилось, что архиереево письмо появилось в интернете прежде, чем дошло до адресата. «Протоиерею Павлу Адельгейму. Ваше Высокопреподобие отец протоиерей, – писал митрополит. – Получил Ваше обращение о якобы Вашем намерении примириться со мной за нанесенные обиды. Но как смотреть на это? …Уж если примиряться, нужно признать свою сатанинскою клевету, изложенную в Вашей книге «Догмат о Церкви», где Ваша черная, ядовитая клевета в мой адрес распространяется в книгах и в интернете на весь мир. Вот Вы теперь заявите на весь мир о том, что это была Ваша клевета на правящего архиерея. Ведь в Вашей книге ни одного слова правды нет. Ведь только осознанная раскаянность и просьба о прощении может быть основанием для примирения, иначе это будет просто формальность. …Так вот только после признания своей клеветы, посредством СМИ против своего архиерея, да и всех архиереев РПЦ, может быть взаимное прощение и примирение, и я готов простить и примириться с открытым христианским сердцем. Ожидаю Вашего согласия. Божией помощи Вам, МИТРОПОЛИТ ПСКОВСКИЙ И ВЕЛИКОЛУКСКИЙ ЕВСЕВИЙ» [ 4]. (Стиль и пунктуация письма сохранены.)

Только что стало известно (из достаточно достоверного источника), что в Псковскую епархию был звонок от управляющего делами Московской Патриархии митрополита Варсонофия с пожеланием, чтобы владыка Евсевий сам совершил чин отпевания священника Павла Адельгейма, как это и должно быть. И это было бы понято и принято всеми как знак примирения иерея и епископа перед Богом и вечностью. Но нет, не хватило. Хватило только на скупую телеграмму матушке и в несколько строк формальное послание, оглашенное во время отпевания. О прощении там – ни слова.


Иконописец архимандрит Зинон (справа) и о. Павел Адельгейм (слева) в иконописной мастерской арх. Зинона в Мирожском монастыре. Около 1995 г.
В этой церкви не остается места для Христа

Чем ближе становилась роковая дата, тем жестче и бескомпромисснее формулировал о. Павел свои мысли о происходящих в РПЦ МП переменах. Процитирую две видеозаписи:

- Самое страшное, что из церкви ушла любовь, а вместо любви вся эта бюрократическая начинка пришла. Патриарх – он по духу своему чиновник, и он этот бюрократизм в церкви насаждает. Выстраивает вертикаль власти. Он думает, что этим создаст мощную организацию, которая на него будет работать. Но мне кажется, что он глубоко заблуждается, и итогом всего этого будут похороны РПЦ. Он, конечно, похоронщик РПЦ. Началась она при Сергии (Страгородском – В. Я.) и, видимо, при Кирилле она закончится. (Июнь 2011).

- К сожалению, церковная жизнь в России гаснет. И сколько бы в Патриархии ни говорили про золотые купола, к сожалению, золотые купола выражают только силу церковной власти и рост церковного бюджета за счет государственных доходов, не больше. А духовная жизнь разрушается и уничтожается, причем уничтожается она, конечно, целенаправленно самой Московской Патриархией. Она создает свое материальное благополучие, но разрушает духовную жизнь. …Фактически получается, что в этой церкви не остается места для Христа: имя Его все реже и реже главами церкви упоминается. …Теперь православие и христианство совсем не одно и то же. Потому что под словом «православие» больше понимается национальная идеология, а вовсе не христианская вера. (Июль 2013).

Долее князь мира сего терпеть не мог. Само поведение убийцы – как метание крупной рыбы, попавшейся на крючок. Бог попустил дьяволу это убийство, дело было за исполнителем. И вот он нашел. И повел его. «Нельзя безнаказанно пожать руку дьяволу», – сказано Антонием Великим. Видимо, когда-то это рукопожатие случилось, и он попался.

Он старался вырваться, убегал, терялся в городе. Но звонил какой-то таксист («Вот тут ваш гость»), выяснял адрес и возвращал его. Он снова убегал, звонил, и сам батюшка садился за руль и возвращал его в свой дом. Потом приехал его отец и увез домой, в Москву. И почти довез. Но на станции Пола в Новгородской области тот сбежал из поезда и вновь оказался в доме на Красногорской. Он честно пытался вырваться, увернуться, но силы были неравны. И вот в его руку вложен нож…

Но как, как эта «жидконогая козявочка-букашечка», этот тщедушный юноша, одним ударом, да еще через стол свалил насмерть далеко не слабого и не беспомощного человека? Чья сила была в его руке? Сомнений нет, во всяком случае, для меня. Уже после смертельного удара закричал: «Сатана! Сатана!» И выбежал, и побежал по улице: «Я убил святого человека!». Бес и кричал.

Он думал, это его победа, но опять нарвался на поражение: в сонме мучеников Христовых прибыло. Потом, совсем как Иуда, убийца попытался лишить жизни себя, да Бог не дал. Смилостивился, оставив время для покаяния. Бог ему судья. Как и псковскому архиерею.


Иконописец архимандрит Зинон и о. Павел Адельгейм у входа в дом арх. Зинона в дер. Гверстонь Псковского района. Около 2005 г.
А всего-то надо было не мешать

«А счастье было так возможно, Так близко!..», – приходит на ум Пушкинская строка. Эти два священника – отцы Павел и Зинон – могли бы составить славу и бесспорное достоинство Псковской епархии перед Богом и людьми. А всего-то надо было не мешать.

Не мешать отцу Павлу, и в Пскове возник бы духовный центр с православной школой с полным циклом обучения, с приютом и свечной мастерской, с богословским центром. От желающих приехать отбоя бы не было! И сейчас, все последние годы, автобусы с паломниками один за другим ехали в Псков к о. Павлу. В последний раз 40 человек из разных мест – от Чукотки до Крыма – приезжали 1 августа, чтобы поздравить батюшку с 75-летием. После снятия с настоятельства в Мироносицах, видимо, чтобы собраться с мыслями и разобраться в происшедшем, в наброске с кратким названием «Беда» о. Павел записал:

«Пытаюсь снова и снова осмыслить происходящее. Лишение настоятельства обрекает мой приход на расхищение и разорение. Отнестись к этому можно по-разному.

У меня была концепция Прихода как космоса, бытие которого сочетает триединое служение Богу: молитву, просвещение и милосердие. Молитву, по преимуществу, созидал круг суточных, седмичных и годовых богослужений. Просвещение осуществлялось в храме средствами икон, хора и проповеди. Внехрамовое общение продолжалось в форме «Библейских чтений». Просвещение в школе регентов – посредством обучения и воспитания школьников. Задачу милосердия выполнял приют для сирот-инвалидов. Служение Богу выполняли эти три направления приходской жизни… Такая концепция местной церкви, как мне казалось, выражает замысел Божий.

Но, может быть, я ошибался, и это был лишь мой собственный замысел, для которого ещё не пришло время: не готово общество и не созрела церковь?..».

Если бы архиерей не помешал отцу Зинону, сейчас в Пскове был бы мощный центр православной иконописи. В 1994 году именно «под Зинона» музейщики согласились передать церкви комплекс Спасо-Мирожского монастыря, где и была открыта иконописная школа. Но осенью 1996 г. архиепископ Евсевий запретил отца архимандрита в богослужении, двух его монахов в причащении Святых Тайн и выгнал всех из Мирожи.

Позже, в книге «Догмат о церкви…», в разделе «Дело архимандрита Зинона с братией», отец Павел доказал правовую каноническую несостоятельность наложенных архиереем прещений.

А тогда, в последние дни ноября, они покинули монастырь – в зиму, в никуда. В следующем году купили в деревне дом с землей, стали обустраиваться и, спустя четыре года, на участке вырос дивной красоты небольшой каменный храм в строгом романском стиле – как раз к тому сроку, когда патриарх Алексий II «через голову» епархиального архиерея Указом от 21 декабря 2000 года все прещения снял.

О. Зинон работал не покладая рук – дома, в Европе. Но в 2006 году все же покинул Псков окончательно. В списке работ мастера – иконостасы в Печорах, в Даниловом монастыре в Москве, в Троицком соборе в Пскове, фрески в монастырях в Бельгии, на Афоне, множество икон. В 2008 завершена роспись Никольского соборе в Вене – с этого времени собор включен в туристические маршруты австрийской столицы. И вот теперь – Петербург.

Смысл внутренней свободы

Сегодня, в канун сороковин, мне вдруг подумалось, что Третья книга отцом Павлом все же написана. Надо только суметь ее прочесть. Она написана его жизнью, его кровью, его трудами и страданием, его исповедничеством. Она написана в сердцах сотен и тысяч тех, кто хоть однажды встретился с ним глазами или услышал его проповедь, его лекции, его улыбчивые рассказы. В этой книге есть захватывающие места и поразительные сюжетные повороты. Она понятна и желанна в чтении, потому что написана языком любви.

Как-то зашел разговор о том, что теперь многие молодые священники идут в церковь за карьерой и благополучием.

- Батюшка, а тогда, в 1959-м, принимая иерейский крест, каким представлялось вам будущее служение? Предполагали ли вы, что придется понести какие-то скорби?

- Конечно, конечно! Мы так и думали, что нас могут посадить, и мы будем как остальные, как все порядочные люди. Нет, желания такого, конечно, не было, просто мы должны были быть к этому готовы, в любой момент, – что нас и посадят, и расстреляют, и все, что угодно, сделают…

И это – тоже страница книги.

Но самое поразительное в ней то, что она продолжается.

В прошлый вторник к матушке Вере Михайловне пришла мать убийцы. Еще во дворе упала перед ней на колени – и, в слезах: «Простите, простите…».

Та ее с трудом подняла (кроме матушки, мне рассказала об этом присутствовавшая в доме прихожанка), провела в дом, напоили чаем. Светлана стала рассказывать, как они трудно жили, как их бросил отец Серёжи, когда ему было шесть лет, как и чем Серёжа болел, – рассказала всю свою жизнь. Потом стала извиняться, что много времени отняла.

- Мы никаких претензий не имеем, я и следователю говорила, – сказала матушка.

- Все равно мы виноваты, – сказала гостья.

- Вам гораздо тяжелее, чем мне, – говорит Вера Михайловна.

Тогда прихожанка (не та, другая), говорит:

- Мы молимся за вашего сына как за убийцу.

А матушка поправила:

- Мы молимся за вашего сына как за такого же грешника, как и мы сами.

Вот оно – слово священника Павла Адельгейма. И – новая, но далеко не последняя страница его Третьей книги.
+ + +

Мы сидим с отцом Зиноном на лавочке в храме перед его алтарем. Говорим об отце Павле и не только. С внутренней радостью слушаю его неспешные рассуждения о внимательном чтении Евангелия. «Наверное, – думаю про себя, – в словах «да будет воля Твоя» молитвы Господней и кроется настоящий смысл внутренней свободы, которая обретается в немалых духовных трудах по освобождению себя от всякой зависимости, кроме зависимости от Бога».

Прошу его сказать об отце Павле несколько слов для всех.

- Отец Павел – великий страдалец, – отзывается батюшка, по-прежнему глядя куда-то под низкие алтарные своды. – Я его таким почитаю и всем об этом говорю. Последние годы его жизни были отравлены архиереем, и это очень прискорбно.

Христианство – оно не для всех, потому что Христос в этой жизни Своим последователям ничего хорошего не обещал, а только гонения, преследования и даже смерть. Это – путь Христов, Он и сам этот путь прошел. Таким путем шли все святые Его, которые всегда претерпевали, и прежде всего, от своих. Потому такая смерть о. Павла есть свидетельство того, что он истинный последователь Христа. Вечная ему память.
Виктор ЯКОВЛЕВ,
председатель Приходского совета церкви свв. Жен Мироносиц в Пскове в 1989-2010 гг.
"Псковская губерния" № 35 (657) 11-17 сентября 2013 г.

[1] Живой журнал о. Павла Адельгейма: http://adelgeim.livejournal.com/
[2] См.: Е. Ширяева. Вот и я восхожу на свою маленькую Голгофу// «ПГ», № 8 (377) от 27 февраля – 4 марта 2008 г
[3] См.: В. Яковлев. Сжитие со свету священника Павла Адельгейма // «ПГ», № 49 (368) от 19-25 декабря 2007 г.; Е. Ширяева. Вот и я восхожу на свою маленькую Голгофу // «ПГ», № 8 (377) от 27 февраля – 4 марта 2008 г.; В. Яковлев. По заповедям Блаженства // «ПГ», № 30 (399) от 30 июля – 5 августа 2008 г.; Е. Ширяева. Сын за отцом // «ПГ», № 39 (408) от 1-7 октября 2008 г. и «Без изменения, без удовлетворения» // «ПГ», № 47 (416) от 26 ноября – 2 декабря 2008 г.; В. Яковлев. Век русской Церкви: от гонений до крови до объятий до смерти // «ПГ», № 32 (453) от 26 августа – 1 сентября 2009 г.; Спустя 35 лет. Авторское предисловие о. Павла Адельгейма к книге «Своими глазами» // «ПГ», № 39 (510) от 6-12 октября 2010 г.; В. Яковлев. Глазами, сердцем, душой, разумением... // «ПГ», № 39 (510) от 6-12 октября 2010 г.; В. Яковлев. «Я, обвиняемый, священник Павел Адельгейм…»// «ПГ», № 23 (545) от 15-21 июня 2011 г.
[4] См.: Письмо в редакцию / «Религиополис», 27.06.2010. http://www.religiopolis.org/publications/668-pismo-v-redaktsiju-pskov-20062010.html
Tags: РПЦ и церковь, биографии и личности, вера, идеология и власть, мужчины, общество и население, память, православие, противостояние, священники, смерти и жертвы, христианство
Subscribe

promo mamlas march 15, 2022 15:56 294
Buy for 20 tokens
Всем глубокого почтения! Читатели моего журнала и случайные путники также приглашаются в говорящие за себя сообщества « Мы yarodom родом» и « Это eto_fake фейк?» подельники приветствуются Large Visitor Globe…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment