mamlas (mamlas) wrote,
mamlas
mamlas

Category:

Нет такой профессии — писатель! Она ушла вместе с Советским Союзом... #2/2

Начало

Писателей надо беречь

Теперь зададим вопрос «В общероссийском классификаторе профессий и должностей для писателя места не нашлось. С чем, на ваш взгляд, это связано? И каков статус писателя сегодня?» другим литераторам...

Вера Галактионова: – Удаление из жизни страны даже самого названия некоторых творческих профессий – это очередной этап той вивисекции, которая изымала из живого организма – СССР – все республики, бывшие когда-то и частью великой Российской империи. Мы ведь не особенно протестовали против остановки отечественных производственных участков, против повальной ликвидации четвёртого передела продукции в промышленности, когда на улицу выбрасывались наиболее высокообразованные инженеры и высоколобые рабочие уникальных профессий. При нас шла ликвидация самых сложных участков производства на фабриках и заводах. Нашим рабочим оставлялся лишь чёрный примитивный труд, не требующий особой квалификации. В военно-промышленном комплексе на места изгнанных специалистов высочайшего класса назначались у нас васильевы и сердюковы – они гораздо больше соответствовали представлению верхов о необходимых стране военачальниках. То же самое происходило и с литературой – ну хочется верхам считать нужными стране исключительно литературных васильевых, литературных сердюковых. Всё это звенья одной цепи неизжитого ельцинизма.

Что же делать авторам сложных литературных построений, которые человечество расшифрует лишь в будущем веке, на новом витке своего развития? Увы, – прозябать. Если писатель никого не обокрал, не пошёл в идеологические батраки, в пристяжные к политическим и административным коренникам, то писателем его, голь перекатную, пожалуй, и не назовут. Но смею уверить, лучшую русскую литературу в России делают как раз такие писатели-беспризорники. И в их достойном жизнеобеспечении не заинтересован сегодня никто. Они выброшены на обочину жизни.

Европейские страны ведут борьбу против вивисекции – они защищают животных, иногда – человека, но не страны, которые теряют части своего живого государственного организма. Насильственное изъятие творческой составляющей из жизни нашей страны – это не просто вивисекция, а лоботомия России…

Мы много говорим теперь о защите Русского мира вне России, но создан ли он, такой мир, у нас, в сердце Родины, и защищён ли он внутри страны? Ведь защита достойного писателя – это и есть защита Русского мира, а притеснение, принижение современной подлинной русской литературы есть сокращение Русского мира, уничтожение осевой его составляющей…

Юрий Козлов: – Мне кажется, прежде всего это связано с запредельной немощью и полнейшим отсутствием авторитета у организаций, призванных обеспечивать писателям приемлемый статус в обществе. Я имею в виду многочисленные союзы, литфонды, пен-клубы и т.д. Задача этих организаций – неустанно «долбить» власть, пока она наконец не решит элементарные вопросы, напрямую затрагивающие писателей. Это общественный и профессиональный статус литератора, возвращение украденной (приватизированной) писательской собственности (домов творчества, книжных лавок, издательств и много чего ещё), пенсионное обеспечение, право на различные льготы, наконец, прямая материальная и бытовая поддержка впавших в нищету писателей.

Перестало существовать некогда единое литературное пространство. Талантливым авторам из провинции пробиться в столицу невозможно. У союзов писателей в Москве нет своих изданий, издательств, а скоро, похоже, не будет и помещений. Они никому, даже самим себе (за исключением первых лиц), не могут помочь. Не влияют писатели и на премиальную политику государства. Процесс выдвижения и присуждения президентских и правительственных литературных премий непрозрачен, находится вне общественной дискуссии, а зачастую и вне каких-либо профессиональных критериев оценки.

Писатели сегодня отделены от государства. Собственниками крупнейших издательств-монополистов, заваливающих магазины «массовой» литературой, являются люди, живущие за пределами России. То же самое можно сказать о тех, кто контролирует полиграфические предприятия и книжную торговлю.

Эти люди, заправляющие книгоизданием и книжной торговлей, а также осуществляющие «государственное управление» литературными делами, уродуют вкус читателей, опускают нравственный уровень общества «ниже плинтуса», издают и пропагандируют больную, ущербную или политически ангажированную – в духе западных «санкций» – литературу. А какую ещё могут предложить издательские и книготорговые, давно ничем, кроме извлечения денег, не связанные с Россией олигархи?

Сегодня в России у писателя нет никакого статуса. Любой графоман, издавший книгу за свой счёт, мнит себя властителем дум. А если у него много денег, он учреждает издательство, где, правда, печатает исключительно себя. Этих графоманов (в надежде, что они дадут копеечку) охотно принимают в союзы писателей, они начинают заседать в различных комиссиях и советах, заполняют интернет-сайты (благо они безразмерные) своими странными рассуждениями. Их расцвету немало способствует отсутствие в стране системной литературной критики, того, что раньше называлось литературным процессом. Многие талантливые и яркие произведения не находят читателей, потому что нет критиков, которые могли бы адекватно о них рассказать. Зато всегда находятся критики, готовые (за соответствующее поощрение) восславить состоятельного графомана.

Можно ли исправить ситуацию? Можно, только начинать придётся с «чистого листа». Все прежние организационные структуры, формы взаимодействия руководства союзов писателей с властью безнадёжно устарели. Вернуть профессии писателя достоинство и уважение – задача примерно такого же масштаба, как «искоренение коррупции» или «национализация элиты». Это отдельная тема.

Пока же, боюсь, не видать нам ни статуса, ни льгот, ни уважения. Правильно сказал наш президент: «Слабых бьют!» Так что писателям в России впору радоваться, что их пока не бьют, а всего лишь не замечают. Сами виноваты!

Михаил Тарковский: – Если под статусом понимать отношение к писателю в народе, то оно традиционно уважительное, и это несмотря на то, что фактически этот статус сильно припозорен привнесённой с Запада модой на писанину: когда преуспевшая полувокзальная девка или предатель Родины считают себя обязанными издать книгу и напялить звание писателя, да ещё и оценят свой «подвиг» фразочкой, что их книга «имеет успех – хорошо продаётся». Возможно, мне приходится общаться с нормальными людьми, но в их среде никому и в голову не придёт назвать подобное самовыражение писательством, а таких авторов – мыслителями и художниками. Вообще в по-настоящему народной среде ещё сохранился глубинный камертон, и провести людей не так просто. Если говорить о каком-то общественном, точнее официальном статусе русского писателя, то сделать это будет сложно в государстве, где преступным образом отменена идеология и нарушен один из главных принципов Русского мира – люди лишены цели. Как мы знаем, на протяжении многих веков Россия была православной страной и на протяжении нескольких десятилетий – коммунистической, то есть в обоих случаях в обществе была обозначена цель существования человека: Царство Божие в будущем или построение в светлом будущем Царствия Божьего на земле. И писатель был участником, причём важнейшим, в этой работе. Нынче ни о чём подобном говорить не приходится, тем более в условиях полномасштабной интервенции западной идеологии на нашу духовную территорию. Тем не менее верные Отечеству люди так устроены, что чем сильнее натиск, тем активнее сопротивление, поэтому нынче негласный статус русского писателя – это статус патриота, статус защитника Русского мира. Это великая честь и милость.

Сергей Арутюнов: – Профессии писатель нет в классификаторе профессий, потому что такой профессии нет. Она исчезла вместе с Советским Союзом.

Значимость коммерческих писателей, дурящих головы сограждан детективами и прочим мусором, для меня равна нулю. Это не народная литература, которой её пытаются представлять, но довольно мутная коммерция, не имеющая никакого отношения к словесности, «идеям века» и т.п. Подлинно же эстетическая беллетристика издаётся ничтожными тиражами, значимыми лишь для издавшего их, не считая издательства, тщетно пытающегося нажиться на писательском труде. «Писать» за 30–50 тысяч аванса и потом выслушивать сетования о том, что «ваша книга не продаётся», я пробовал, и больше, видимо, не стану.

Писатель не нужен стране, поскольку не нужны плоды его дел – литература, как она есть.

Экономическая система, сложившаяся на постсоветском пространстве, отрицает писательство советского извода именно потому, что идеологическая составляющая «Новой России» представляет собой чудовищно вульгарную смесь либерально-почвеннических иллюзий полуторавековой давности. С таким багажом нечего и думать о новом месте писателя в профессиональной структуре. Экономике либерально-рыночной не нужен ещё один бюджетный паразит, их и так развелось до невозможности много.

Что касается меня, я рано понял свою неприспособленность к экономической современности и не захотел терять времени попусту, сделавшись специалистом в совершенно не писательской области. Сегодня я каким-то чудом работаю в крупной компании, взявшей на себя проект Минфина по повышению уровня финансовой грамотности населения нашей многострадальной страны, и счастлив этому обстоятельству.

Если в классификаторе профессий когда-нибудь речь зайдёт о «техническом писателе», я, издавший большинство из своих 13 книг за свой счёт, равнодушно пропущу дискуссию мимо ушей, и только потому, что никаких выгод и льгот от своего странного хобби давно не жду. Меня давным-давно выморозило на рыночном ветру, и тешить себя грёзами о ведомственных дачах, за которые готовы убить, и разворованных самими писателями литфондах у меня нет ни времени, ни желания. И более того, возбуждаться на этот счёт (участки в Крыму! для писателей! бесплатно!) я не советую ни одному серьёзному и уважающему себя человеку.

Юнна Мориц: – Кто составлял этот «классификатор»? Какова профессия и должность составителя или составителей? Ответив на эти вопросы, узнаете, почему для писателя там не нашлось места.

«Статус» – латинское слово, означает – правовое положение. За исключением авторов, пишущих о том, какое отвращение вызывает у них Россия, её история и культура, статус писателя сегодня в России – абсолютно бесправное положение. Но вот что интересно: преуспевающие коммерсанты, депутаты, министры и множество обладателей должностей и профессий, вошедших в этот «классификатор», где нет места писателю, сами рвутся в «писатели», сочиняют бездарные книги прозы, поэзии (вспомните, как быстро стала поэтом Васильева из эпопеи с воровством в Оборонсервисе!..), раскручивают саморекламу, звездят в телеящиках, поскольку слово «писатель» очень их украшает! Сегодня таких «писателей» множество, и статус их очень высок, с чем всех «классификаторов» поздравляю!

Владимир Костров: – Для того чтобы профессия писателя была утверждена в реестре профессий, необходимо признание её статуса на государственном уровне. Это процесс достаточно длительный, но есть конкретные вещи, которые нужно для этого сделать. Во-первых, создать ассоциацию писателей, что-нибудь типа Гонкуровского комитета, куда бы входили писатели не только российские, но и из всех национальных республик, по несколько писателей от каждой республики. И во-вторых, создать единое общегосударственное издательство, где печатались бы книги серьёзных литераторов, в том числе и национальных. При издательстве должен функционировать специальный совет, определяющий значимость того или иного автора и печатающий на государственные гранты книги писателей. Или организовать данный процесс по принципу «третьей корзины». Так, к примеру, делают американцы. У них в благотворительных фондах участвует в определённых долях и государство. Разумеется, оно должно присматривать за тем, как расходуются средства и субсидировать то, что ему нужно. Как только появятся государственные гранты в государственном издательстве, то и статус писателя соответственно изменится, писатель будет по крайней мере чувствовать себя защищённым. Ведь самое главное – знать, что хоть что-то можешь зарабатывать своим трудом.

Сергей Шаргунов: – Недавно прозвучало заявление от нашего профсоюзного босса о том, что писателей и художников можно было бы лишить пенсий. Это потрясающе! Вроде бы от профсоюзных деятелей ждёшь защиты людей, а тут всё наоборот. Даже если говорить с утилитарной точки зрения о поэтах, то, допустим, чиновникам трудно понять, зачем пишутся стихи, но вот что касается переводчиков, тех, кто переводит классику, современных писателей, тех, кто обогащает читательский мир и книжные полки, они что, тоже никто, им ничего не положено?..

Есть такая специальность – литературный работник, и именно таковую записывают в диплом выпускников Литературного института им. А.М. Горького. Здесь существует опасность такое сложное и тонкое явление, как литература, свести к профессионализации. Конечно, ситуация, когда многие люди едва ли не по шаблону сочиняют стихи и всё это поставлено на поток, – подобная система вернуться не может. Потому что по-настоящему талантливые люди всегда редкость. Но одновременно с этим нужно понимать, что литературоцентричность нашего общества по-прежнему сохраняется. У людей неистребимы огромная тяга и интерес к литературе. К сожалению, советскую цивилизацию, где люди выписывали толстые литературные журналы и знали множество стихов наизусть, – это время вернуть невозможно. Нужно думать о другом. О том, что в нашей стране и сегодня остаётся почтение к литературе. Пускай люди, затюканные своими проблемами, не имеют времени много читать и следить за новинками в литературе, тем не менее сохраняется вот этот пиетет перед писателем, ожидание, что писатель рассудит и ответит на важнейшие вопросы бытия. Россия – не устаю повторять – самая пишущая страна в мире. И очень важно не топтать людей, сочиняющих стихи, прозу, а поддерживать, потому что искусство – это соль жизни в России. Мы видели, какая огромная очередь была на Серова. В мороз стояли! Почему? Потому что тяга к искусству, к красоте сохраняется в человеке, несмотря ни на что. Если люди будут видеть, что писатели, учителя никому не нужны, что сокращаются уроки русского языка и, по сути, совершается огромная идеологическая диверсия, то страна окажется деморализованной.

Конечно, возникает вопрос о статусе писателя. Вопрос о механизмах поддержки писателей. Особенно пожилых, больных людей, тех, кто уже не способен сам себя обеспечить. Однако автоматом вводить зарплату каждому, кто говорит, вот, мол, у меня вышла книга, невозможно. Но нужно принимать определённые меры: необходим действительно сильный Союз писателей, необходим фонд литературы. Владимир Ильич Толстой говорил об этом, и президент подписал указ о создании фонда литературы, который будет заниматься конкретными задачами. Но фонд, к сожалению, пока не создан. Есть ещё такая вещь, как система грантов для поддержки новых талантов, писателей из провинции. Нужно организовывать специальные конкурсы для писателей, для историков, для философов. В самой пишущей стране мира народ должен видеть, что государству не наплевать на слово, на качество слова. На тех, кто создаёт литературу.

Михаил Яснов: – В классификаторе профессий и должностей и не должно быть места для писателя (как нет его для художника, композитора и т.д.), поскольку писатель – не должность, да и вряд ли профессия. Если кому-нибудь придёт в голову создать классификатор движений и потребностей души, или отношений с языком, или умений читать подтекст – там-то место писателя непременно обнаружится. Только что-то совсем не хочется попадать в некое пространство под названием «классификатор». Кстати, в существующем классификаторе нашёлся разряд для профессии или должности, обозначенных одним словом – «мастер». Вот и достаточно.

Что до статуса писателя, то в том в разных смыслах раздробленном мире, в котором мы сейчас пребываем, писатель должен иметь возможность спокойно и уверенно заниматься своим делом. Статус писателя – это оценка его литературного дара и работоспособности. Оценку даёт общественное мнение. Его могут создать три человека, а могут – три миллиона. И в том и в другом случае статус может быть очень высоким – и никаким. То же и со статусом «писательства», который зависит от положения писателя в обществе, от потребности общества в писательском труде. Эпоха централизованного потребления литературы кончилась, нынче в ходу «домашнее музицирование», художественная самодеятельность, очаговая культура. Мы пребываем в поисках – содумников, сопечальников, сострадателей. Сегодня эти поиски и определяют статусное место писателя.

Виктория Токарева: – Начинающий писатель не выживет на те деньги, которые ему могут предлагать издательства. Начинающим и неизвестным очень тяжело, я даже не представляю, как они будут выкручиваться.

Мне трудно что-нибудь сказать, поскольку я живу за забором и окружающую действительность вижу только по новостным программам телевидения и по программам Малахова «Пусть говорят». Малахов вполне талантливый и вполне симпатичный, тем не менее предпочитает показывать хамскую, нечитающую, спившуюся публику. Я смотрю и думаю: неужели это Россия? Да, это Россия за пределами Москвы. А Малахов зарабатывает на язвах общества и возбуждает самые низкие инстинкты в людях. Однако есть канал «Культура», где появляется Лотман, и тогда начинаешь верить в идеалы человечества и хочется жить и творить. Я думаю, что жизнь похожа на человека. В каждом человеке есть бессмертная душа и прямая кишка для стока отходов. Так и общество – в нём тоже есть бессмертная духовность и канализационная труба.

В литературу пришёл рынок. Есть писатели, которых покупают, и они получают хорошие гонорары. А есть писатели, которых не покупают, и они и не получают ничего. Справедливо это или нет, я не знаю, потому что пользуются успехом детективы, которые, как правило, не дают никакой пищи душе. Однако дают пищу уму: кто убил, за что убил, на восьмой странице обязательно должен появиться покойник, а если на восьмой странице покойника нет, детектив считается неудачным.

Александр Бобров: – «Презрение к русским писателям нестерпимо…» – восклицал ещё Пушкин в письме к другу Вяземскому. Эхо достаёт и через два века. Да, в антигуманном обществе статус писателя и вообще книги в стихии рынка сознательно, на государственном уровне снижен. Почему? Разговор мировоззренческий, политико-организационный, а потому долгий. Констатируем: современное состояние литературной жизни таково, что общегосударственной программы, централизованного целеполагания и внятного финансирования нет (правда, на что-то потрачено без публичного отчёта несколько миллиардов в Год литературы!), единого идеологического пространства силами электронных СМИ не создано – они обслуживают политиканские идеи, освещают междусобойчики, коммерческие акции, тусовки своих. Кстати, чиновники и обыватели вообще любят подхватывать пустые вопросы: нужен ли Союз писателей? (А Союз наших-то промышленников и предпринимателей нужен?) Кого считать писателями? Зачем поддерживать авторов книг, если книга – такой же товар, как трусики или косметика? Последний вопрос начисто снимает финансист-спекулянт Сорос, который совершенно антирыночно поддерживал определённые книги, учебники, журналы! Жаль, что разницу не видят порой сами литераторы. Так, Светлана Замлелова в своей укоризненной статье «Хватит наивничать», а потом и в «разоблачительной» – «В переплёте» – резко осудила иждивенческие и нерыночные ожидания писателей: «История началась ещё в 2014 году, когда президент Российской Федерации торжественно объявил грядущий год Годом литературы. Писатели заволновались как детвора перед Новым годом и принялись ждать чуда. Но чуда не воспоследовало, Дедушка Мороз явился не ко всем. Тогда писатели разочарованно разбрелись по своим углам, дружно обиделись и… вот тут-то и началось». Ничего особенно не началось – появилось несколько аналитических статей с доказательством, что формально объявленный Год литературы не удался. Всё! А то выходит, что писатели сидели, как детишки, и ждали горы подарков под ёлкой, но явилась Снегурочка с суровым лицом и всё разобъяснила: не будет халявы! Но что за странное желание из писателей недоумков строить? Напомню, что тогда литераторов (Ленин в графе «профессия», кстати, писал «литератор»!) с помпой, с командировками из-за рубежа пригласили на первое огромное Литературное собрание и обещали государственную помощь – от создания Фонда поддержки литературы («Денег, конечно, будет меньше, чем в Фонде поддержки кино», – предупредил Владимир Путин, чтобы Никита Михалков не испугался) до создания некоего Литературного сообщества, призванного как раз преодолеть дробление творческих союзов и распыление средств на господдержку. Что было сделано реального в этом генеральном направлении? Вот главный вопрос без ответа. Там же Игорь Волгин и напомнил: «Писатель, литератор – такой профессии нет в перечне профессий. То есть все присутствующие здесь как бы никто». Тут тоже ничего не изменилось!

Анатолий Королёв: – Русский писатель обычно был из дворян и писал по призванию души или из прихоти настроения. Советский писатель – это прежде всего партийная должность, на которую ты назначен, род командировки длиною в жизнь, а назначенцу писать книги вовсе не обязательно. Сегодня успешный писатель существует только в формате телевизионного шоу: если писателя нет на экране, то он почти что никто… Найти этой дефиниции (зеро) определение в классификаторе ремёсел невозможно. И это понятно. Тут нет злого умысла против словесности. Писатель – слагаемое чужих профессий и чужих денег, товарный знак дня.

Короче, статус писателя равен исключительно рангу издательства или программы, где он сейчас засветился, к истории литературы и искусству слова это, разумеется, не имеет никакого отношения.

Говорить же, что это неправильно и обидно, – нелепо.
© «Литературная газета», № 9 (6544), 3 марта 2016
Tags: биографии и личности, даты и праздники, деградация, диссида и оппозиция, идеология и власть, известные люди, интеллигенция, искусство, исследования и опросы, критика, культура, литература, менталитет, мнения и аналитика, нравы и мораль, общество и население, писатели и поэты, профессии и умение, родина и патриотизм, российская империя, россия, современность, ссср, традиции, эпохи
Subscribe
promo mamlas march 15, 2022 15:56 290
Buy for 20 tokens
Всем глубокого почтения! Читатели моего журнала и случайные путники также приглашаются в говорящие за себя сообщества « Мы yarodom родом» и « Это eto_fake фейк?» подельники приветствуются Large Visitor Globe…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments