mamlas (mamlas) wrote,
mamlas
mamlas

Categories:

Ельцин лишь пять раз восхитился Брежневым... / XXVI съезд КПСС

Ещё съезды КПСС

Последний съезд брежневской эпохи
К 35-й годовщине XXVI съезда КПСС / март, 2016

На открывшемся 23 февраля 1981 года в Кремле очередном съезде КПСС с отчётным докладом ЦК выступил Л.И. Брежнев. Помимо отчёта о деятельности ЦК в течение десятой пятилетки, был предусмотрен доклад «Основные направления экономического и социального развития СССР на 1981 — 1985 годы и на период до 1990 года», с которым выступил Председатель Совета Министров СССР Н.А. Тихонов. ©

Ещё о Брежневе здесь и здесь


___

Так подтверждалась верность руководства страны пятилетнему ритму её развития, сложившемуся с апреля 1929 года (он был фактически нарушен в годы пребывания у власти Н.С. Хрущёва, когда одобренный на ХХ съезде КПСС пятилетний план не был выполнен и в 1959 году на внеочередном XXI съезде был принят семилетний план развития).

Миф о застое

Данные, которые с трибуны съезда приводили Брежнев и Тихонов в своих докладах, а также делегаты съезда, убедительно доказывают абсурдность утверждений о всеобщем «застое» в СССР, которые до сих пор упорно повторяют буржуазные средства массовой информации в нашей стране, а вслед за ними миллионы обывателей. В докладе Брежнева говорилось, что с 1970 года валовой общественный продукт вырос на 67%. Докладчик напоминал, что «Советский Союз вышел на первое место в мире по производству многих важных видов продукции, среди которых нефть и сталь, цемент и минеральные удобрения, пшеница и хлопок, маги-стральные электровозы и тепловозы». Выступивший 27 февраля с докладом Н.А. Тихонов сообщил, что прирост промышленной продукции с 1976 по 1980 год составил 24%.

В те годы были освоены месторождения углеводородов, от эксплуатации которых ныне всецело зависит экономическое положение страны. В течение десятой пятилетки в 2 раза увеличилась добыча нефти (включая газовый конденсат) и в 4,3 раза возросла добыча газа.

Однако страна не собиралась «садиться на нефтегазовую иглу». Большое значение придавалось усилиям по развитию наукоёмких производств. Брежнев сообщал: «На основе достижений науки получили дальнейшее развитие или созданы заново такие современные отрасли, как атомное машиностроение, космическая техника, электронная и микроэлектронная, микробиологическая промышленность, лазерная техника, производство искусственных алмазов, а также других синтетических материалов».

Говоря о задачах страны на следующие пятилетки, Н.А. Тихонов подчёркивал необходимость дальнейшего научно-технического прогресса и перевода экономики на интенсивный путь развития. Оба докладчика говорили о том, что советская наука должна сыграть важнейшую роль в решении этих задач. Брежнев говорил: «Центральный Комитет КПСС выступает за то, чтобы и дальше повышать роль и ответственность Академии наук СССР, улучшать организацию всей системы научных исследований… Наука должна быть постоянным «возмутителем спокойствия», показывая, на каких участках наметился застой и отставание, где современный уровень знаний даёт возможность двигаться вперёд быстрей и успешней. Надо продумать, как превратить эту работу в неотъемлемую часть механизма управления».

Говоря о роли советской науки в народном хозяйстве страны, президент АН СССР А.П. Александров в своём выступлении на съезде указал: «Наша наука даёт примерно треть научной продукции мира». Усилия советских учёных позволяли стране преодолевать последствия тогдашних «санкций». Александров говорил: «Вводя эмбарго на некоторые материалы и технологии, США рассчитывали затормозить наш прогресс. Мы быстро продвинули наши собственные разработки и теперь уже можем продавать, например, некоторые катализаторы, более совершенные, чем те, которые поставляли нам зарубежные фирмы».

Необходимость научного подхода при разработке решений о хозяйственном развитии страны определялась также «непростыми условиями», о которых говорил Брежнев: «В 80-е годы… будет действовать ряд факторов, усложняющих экономическое развитие. Один из них — сокращение прироста трудовых ресурсов. Другой — увеличение затрат в связи с освоением Востока и Севера, а также неизбежный рост расходов на охрану окружающей среды. К этому надо добавить, что существует немало старых предприятий, требующих коренной перестройки. Да и дороги, связь отстают от возрастающих нужд экономики».

В докладах Брежнева и Тихонова было обращено внимание также на субъективные причины, мешавшие выполнению плановых заданий. Тихонов говорил: «Не удалось решить так, как намечалось, задачу повышения производительности труда, ускоренного развития отдельных отраслей народного хозяйства, преодолеть распыление капитальных вложений. Не всегда по-хозяйски использовались ресурсы… Ещё не полностью преодолены силы инерции, традиции и привычки, сложившиеся в тот период, когда на первый план выступала не столько качественная, сколько количественная сторона дела».

«Всё для человека, всё для блага его»

В своём докладе Брежнев сообщал: «Среднемесячная заработная плата превысила в 1980 году 168 рублей и увеличилась по сравнению с 1970 годом почти в 1,4 раза. Ещё более высокими темпами росла оплата труда колхозников. Почти в два раза увеличились выплаты и льготы из общественных фондов потребления. В девятой и десятой пятилетках повышены минимальные размеры пенсий рабочим, служащим, колхозникам… Введены пособия на детей из малообеспеченных семей. Увеличены стипендии студентам вузов, учащимся средних специальных учебных заведений и технических училищ. Учащиеся первых пяти классов стали получать учебники бесплатно».

Принятые меры способствовали улучшению материальных условий жизни советских людей. «К концу пятилетки, — отмечалось в докладе Тихонова, — около половины населения имело доходы на одного члена семьи свыше 100 рублей в месяц, тогда как в 1970 году такой доход был лишь у 18 процентов населения». Задания на текущую пятилетку предусматривали увеличение среднемесячной заработной платы рабочих и служащих на 13—16%.

Быстрыми темпами развивалось жилищное строительство, о чём убедительно свидетельствовал доклад ЦК: «В 70-е годы построены жилые дома, площадь которых превышает весь городской жилищный фонд в начале 60-х годов».

Говоря о производстве товаров потребления, Брежнев заметил: «За 70-е годы оно увеличилось по сравнению с предыдущим десятилетием почти в два раза». Произошла подлинная революция в оснащённости бытовой техникой. Если в 1960 году из 100 советских семей 8 имели телевизоры, 4 — холодильники и 4 — стиральные машины, то к концу 1982 года телевизоры были в 91 семье, в 89 семьях имелись холодильники, в 70 — стиральные машины.

Вновь приобретённые холодильники не пустовали. Тихонов отмечал: «Несмотря на неблагоприятные погодные условия в течение трёх лет из пяти, продукция сельского хозяйства в среднегодовом исчислении возросла на 9 процентов». Однако руководство страны считало необходимым принять меры для значительного увеличения производства продуктов питания. В докладе ЦК КПСС говорилось: «В одиннадцатой пятилетке намечается увеличить производство мяса более чем на 3 миллиона тонн и довести его в 1985 году до 18,5 миллиона тонн в год. Но это минимум». От имени руководства партии Брежнев заявлял: «Животноводство — это сегодня ударный фронт на селе». В докладе было объявлено о разработке «специальной продовольственной программы». «Её цель, — говорил Брежнев, — в возможно более сжатые сроки решить задачу бесперебойного снабжения населения продуктами».

«Когда на международном горизонте сгустились тучи»

Трудности в ходе выполнения намеченных плановых заданий, о которых говорилось на съезде, не исчерпывались внутренними причинами. В первых же строках доклада ЦК говорилось о неблагоприятных внешних «условиях, когда к началу 80-х годов на международном горизонте сгустились тучи». Брежнев упоминал «ухудшение мировой экономической конъюнктуры, резкие скачки цен» и указывал, что капиталистические страны «нередко пытаются использовать… экономические связи с нами… как средство политического нажима. Разве не об этом говорят всякого рода запреты и дискриминационные ограничения в торговле». Обратил внимание Брежнев и на то, что «навязываемая империализмом гонка вооружений ложится немалым бременем» на Советскую страну.

В то же время в 1981 году стало ясно, что враги нашей страны готовы прибегнуть к подрывной деятельности для разрушения основ социализма. Говоря об обострении идеологической борьбы, Брежнев подчёркивал, что «для Запада она не сводится к противоборству идей. Он пускает в ход целую систему средств, рассчитанных на подрыв социалистического мира, его разрыхление. Империалисты и их пособники систематически проводят враждебные кампании против социалистических стран. Они чернят и извращают всё, что происходит в этих странах. Для них самое главное — отвратить людей от социализма… Там же, где к подрывной деятельности империализма добавляются ошибки и просчёты во внутренней политике, возникает почва для активизации враждебных социализму элементов».

О широкой подрывной кампании против Советской страны говорил и первый секретарь правления Союза писателей СССР Г.М. Марков. Он заявлял: «Западные спецслужбы пытаются всеми способами инспирировать нездоровые проявления в нашей творческой среде, хоть как-то поколебать морально-политическое единство советской художественной интеллигенции». Говоря о «пропагандистской войне» радиостанций «Свободная Европа», «Свобода» и других, первый секретарь правления Союза композиторов СССР Т.Н. Хренников подчёркивал, что «те, кто финансирует эти радиостанции, кто устраивает всевозможные антисоветские акции, пытаются любыми средствами расколоть наши ряды, обнаружить в СССР так называемую художественную оппозицию, а точнее, выдумать её».

Схожие оценки прозвучали и в речах партийных руководителей прибалтийских республик. Первый секретарь ЦК Компартии Литвы П.П. Гришкявичус заявлял о готовности «давать решительный отпор инспирируемым из-за рубежа любым проявлениям буржуазной морали, рецидивов буржуазного национализма и антисоветизма, клеветническим выпадам прислужников империализма США — реакционных литовских эмигрантов».

«Эстония, — отмечал первый секретарь ЦК Компартии этой республики К.Г. Вайно, — в силу своего географического положения находится на переднем крае идеологической борьбы, притом на таком участке, где огонь антисоветской пропаганды имеет очень большую плотность. В последнее время подрывные действия идеологических противников приняли особо яростный и злобный характер. Они стали более коварными и изощрёнными. Всё это иначе как психологической войной не назовёшь. Буржуазные пропагандистские центры в один голос выступают против пролетарского интернационализма, всячески пытаются противопоставить социалистические нации одну другой, разжечь национальное чванство, породить аполитичность и обывательское равнодушие».

От формализма — к предательству

Вряд ли К.Г. Вайно и другие делегаты съезда могли представить себе, что один из руководителей союзных компартий Э.А. Шеварднадзе сыграет значительную роль в разрушении социализма на советской земле. Ведь, упомянув самым лестным образом фамилию Брежнева 12 (!) раз, Шеварднадзе завершил свою небольшую речь словами: «Свет — символ будущего. Этим светом озарён доклад Леонида Ильича. Луч будущего, вера в будущее воцарилась в этом историческом зале».

Хотя первый секретарь Свердловского обкома партии Б.Н. Ельцин лишь пять раз (!) выразил своё восхищение деятельностью Л.И. Брежнева, он недвусмысленно выразил свою верность делу коммунизма. В первых же строках своей речи он высоко оценил «блага, которые реально даёт развитой социализм». По оценке Ельцина, эти блага — «результат мудрого коллективного разума, титанического труда, несгибаемой воли и непревзойдённого организаторского таланта Коммунистической партии, её боевого штаба — Центрального Комитета и Политбюро во главе с товарищем Леонидом Ильичом Брежневым». Оратор заверял делегатов съезда и «лично Леонида Ильича Брежнева», что у коммунистов Свердловской области «нет иных целей, кроме целей партии», и обещал бороться «за грандиозное и прекрасное будущее… со всей революционной страстностью и непоколебимой преданностью делу Коммунистической партии». Это было сказано за 10 с половиной лет до того, как Б.Н. Ельцин подписал в августе 1991 года закон о запрете деятельности КПСС.

В те дни никто не сомневался в преданности делу партии Ельцина, Шеварднадзе и члена Политбюро М.С. Горбачёва, который председательствовал на заседании съезда 27 февраля. Казалось бы, в партии не только сознавали важность выдвижения на руководящие должности лиц, обладавших необходимыми моральными, идейными и политическими качествами, но и предупреждали об опасности формализма в этом деле. В отчётном докладе ЦК Л.И. Брежнев отметил, что «в настоящее время три четверти секретарей ЦК компартий союзных республик, крайкомов и обкомов, две трети секретарей горкомов и райкомов партии имеют инженерно-техническое, экономическое или сельскохозяйственное образование. Это хорошо. Но нельзя не учитывать, что часть специалистов, пришедших в партийный аппарат с производства, не обладает достаточным политическим опытом, привносит порой в партийные органы административно-хозяйственные методы».

Говорил Брежнев и о формализме в идейно-теоретической подготовке членов партии: «Не изжиты ещё и проявления формализма и школярства». Он призывал покончить с положением, когда «семинары, политшколы, университеты» являются местами, «где порой царит скука, где лишь «отбываются» положенные часы».

Формальный подход к выдвижению руководителей приводил к тому, что человек, обладавший партийным билетом и дипломом об окончании высшего учебного заведения, мог рассчитывать на продвижение к высоким должностям вне зависимости от своих моральных и идейно-политических качеств, проявившихся в реальной работе и жизни. Анализ практики выдвижения 4000 советских руководителей на основе детального изучения их биографий позволил советологу Джерри Хафу опубликовать в апрельском номере 1979 года журнала «Проблемы коммунизма» сенсационный прогноз: наиболее верные шансы заменить Л.И. Брежнева имеет М. С. Горбачёв.

На обложке этого номера журнала красовалось изображение трибуны Мавзолея В.И. Ленина во время первомайской демонстрации. В центре трибуны находились те, кто в то время были главными руководителями страны: Л.И. Брежнев, А.Н. Косыгин, М.А. Суслов и А.П. Кириленко (к концу 1982 года никто из них не остался в живых.) В статье утверждалось, что, хотя Ю.В. Андропов, К.У. Черненко и В.В. Гришин имеют неплохие шансы быть избранными на пост Генерального секретаря ЦК КПСС, они не молоды и не обладают дипломами о наличии у них законченного очного высшего образования. Среди всех членов и кандидатов в члены ЦК КПСС в ту пору самым молодым человеком с таким дипломом был М.С. Горбачёв, а потому его шансы заменить Брежнева были, по мнению Хафа, наибольшими. Нет нужды говорить, что статья в авторитетном советологическом журнале привлекла внимание не только учёных, но и сотрудников различных государственных учреждений США, связанных с осуществлением внешней политики этой страны.

Обратили ли внимание в нашей стране на статью Джерри Хафа? Занимались ли тогда в СССР столь дотошным изучением биографий советских и партийных руководителей? Но даже если кто-то изучал советологические прогнозы и исследовал биографии, было ясно, что лишь неформальный подход к изучению людей позволял избежать появления «перевёртышей» среди руководителей партии и страны. В прошлом многие случайные люди в партии отсеивались практикой дореволюционных подпольных лет, Гражданской войны, напряжённого предвоенного строительства, Великой Отечественной войны и послевоенного восстановления. В мирные же годы жизнь уже не устраивала столь суровых экзаменов, и случайные люди могли легко скрыть свою натуру под прикрытием партбилета и диплома.

Формализм в подборе руководящих кадров, а также невнимание к целому ряду разрушительных тенденций в советском обществе (таких, как рост теневой экономики, националистических настроений), порождённых десятилетиями успехов советского развития, помешали руководству страны разглядеть роковые угрозы для социалистического строя.

3 марта 1981 года был объявлен новый состав Центрального Комитета КПСС. На состоявшемся пленуме ЦК было переизбрано Политбюро в том же составе, как и до начала съезда. На пост Генерального секретаря ЦК КПСС был переизбран Л.И. Брежнев. Закрывая съезд, Леонид Ильич говорил о неотвратимости революционного преобразования мира и напоминал о поражениях тех, кто предрекал конец Советской власти. Эти чувства разделяли миллионы советских людей. Тогда они не знали, что советский период вступил в своё последнее десятилетие.

Юрий Емельянов
«Правда», 21(30372), 1—2 марта 2016

Tags: 70-е, 80-е, агитпроп и пиар, большевики и кпсс, брежнев, версии и прогнозы, внешняя политика и мид, горбачёв, грузия, даты и праздники, деградация, екатеринбург, ельцин, запад, идеология и власть, империализм, инновации, информационные войны, история, кавказ, кадры и профсоюзы, капитализм и либерализм, коррупция и бюрократия, культ личности, литва, льготы и соцзащита, мировая политика, мифы и мистификации, мнения и аналитика, мэры и губернаторы, народ и элиты, наука, нефтегазуголь, обращения и выступления, опровержения и разоблачения, партии и депутаты, политика и политики, правители, правительство, предательство, прибалтика, противостояние, пятая колонна, развал страны, регионы, ресурсы и сырьё, реформы и модернизация, санкции, сельское хозяйство, социализм и коммунизм, ссср, статистика, стратегия, сша, съезды и форумы, урал, уровень жизни, факты и свидетели, холодная война, чиновники и номенклатура, экономфинбиз, эпохи, эстония
Subscribe

Posts from This Journal “80-е” Tag

promo mamlas march 15, 2022 15:56 263
Buy for 20 tokens
Всем глубокого почтения! Читатели моего журнала и случайные путники также приглашаются в говорящие за себя сообщества « Мы yarodom родом» и « Это eto_fake фейк?» подельники приветствуются Large Visitor Globe…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments